RFSPS

Поиск по сайту
Перейти к содержимому

Главное меню

Круглый стол 21 мая 2015

Актуально

Заседание 21 мая 2015 года.
На первом заседании, 21 мая, с докладами выступили: А.Б. Тимохин (благотворительный фонд «Отражение»), А.Г.Зарипов (ОАО «Аэрофлот»), Ю.Е.Осташенко («Российская лига кинологов»), В.А.Гаврилин (Партия Великое Отечество). В прениях активное участие приняли руководители и представители кинологических служб МВД России, ФСО РФ, ФПС ФСБ РФ, кинологических и зоозащитных организаций.
В итоге первого заседания круглого стола по собаководству участники форума единодушно пришли к следующим выводам:
- российское государство заинтересовано в развитии служебного собаководства в нашей стране и должно этому активно содействовать;
- необходимо возрождать национальную систему кинологической деятельности и собаководства.


Основные проблемы современного собаководства в России и роль либеральных реформ в развале этой отрасли
В.А.Гаврилин, полномочный представитель Партии Великое Отечество по разработке законопроекта по служебному собаководству


Состояние российского собаководства в настоящий момент характеризуется разными авторами по-разному. Всё зависит от критериев оценки. В среде любителей выставочного разведения считается, что российское собаководство в настоящее время достигло небывалых высот: собаки, полученные нашими заводчиками, успешно конкурируют на самых престижных международных выставках, завоёвывая самые престижные титулы. Российские питомники пользуются заслуженным уважением у зарубежных собаководов. Но это – оценка дилетантов.
Представим, что ректор какого-нибудь технического вуза, расписывая достоинства своего университета, начал бы рассказывать о том, что их команда по плаванию выиграла чемпионат вузов, команда КВН вышла в финал, а несколько студентов организовали музыкальную группу, с успехом выступившую на «Евровидении». Замечательные достижения, прекрасный университет, не правда ли? Но как ушатом холодной воды стали бы слова ректора другого вуза, который бы просто информировал, что три его выпускника получили Нобелевскую премию, в физике описан эффект названный именем одного из бывших студентов вуза, несколькими НИИ и конструкторскими бюро руководят бывшие его аспиранты. Технический вуз должен готовить учёных и высококвалифицированных специалистов, а не музыкантов, щоуменов и спортсменов. Вот по этим критериям нужно оценивать качество вуза. Нам бы показалось странным, если для производства и науки люди бы отбирались на конкурсах красоты, а не исходя из их знаний и деловых качеств.
Аналогично для пользовательного собаководства критериями являются не выставочные призы, не шикарный внешний вид, а способность собак выполнять свои функции: у охотников – помогать добывать дичь, у служебников – работать по своей кинологической специальности. А вот по этим критериям состояние российской кинологии не такое радужное.
Про охотничье собаководство лучше расскажут охотники. Я остановлюсь на служебном направлении. Процитирую отрывок из статьи с официального сайта Академии государства и права, одного из немногих вузов, имеющих факультет кинологии («Кинология», Митряев Э.И.- ректор АНОО “Академия безопасности и права”, Вице-президент Всемирной академии наук комплексной безопасности, к.т.н., Мельникова Л.Б. – декан факультета “Кинология и безопасность”, http://akbp.narod.ru/22.htm):
«…1) псевдонаучный характер основных позиций ныне существующей кинологии приводит разводимые породы собак к утрате физических, физиологических и психических качеств, деградации и вырождению;
2) быстрое перерождение пользовательных пород собак в декоративные, как следствие   формирования   отечественного   собаководства   абсолютным большинством общественных организаций по образцу ФЦИ (Международной кинологической федерации) или подобных ей структур;
3) низкий уровень подготовки специалистов, как в учебных кинологических подразделениях государственных структур, так и в общественных кинологических организациях;
4) организационная  разобщенность ведущих специалистов-кинологов и вследствие этого недостаточное их влияние на деятельность кинологических и собаководческих формирований, как государственного, так и общественного сектора;
5) нехватка специализированных публикаций научного и научно-популярного направления;
6) культивирование в общественном собаководстве принципов деятельности, превращающих его из массового общественно-полезного увлечения в разновидность шоу-бизнеса;
7) массовая дезориентация российских собаководов, снижение популярности собак с высокими пользовательными качествами и формирование широкого социального заказа на собак шоу-бизнеса;
8) значительное расширение социального заказа на собак с экстремальными морфологическими, физиологическими и поведенческими характеристиками (повышенно зависимых, слабонервных, уродливых, хилых, нуждающихся в кропотливой опеке или же, наоборот, на собак с повышенной агрессивностью, опасных для окружающих, в том числе на собак бойцовых пород);
9) в общественных организациях прекращены как воспитательная и патриотическая работа, так и подготовка кинологов по военно-учетным кинологическим специальностям;
10) отсутствует действенное взаимовыгодное сотрудничество между службами собаководства государственных структур и общественными кинологическими и собаководческими формированиями…».
В концепции Развития служебной кинологии в Российской Федерации до 2020 г., разработанной в 2014 г. в МВД РФ и согласованной со всеми кинологическими службами других ведомств, такой объёмной характеристики современного состояния российского служебного собаководства нет, но отмечается, что «… разведение собак, в том числе и пород, пригодных для служебного использования, в своей основе организуется  и проводится любительским организациями, цели и задачи которых не совпадают с потребностями органов государственной власти, общественных объединений и организаций, в результате чего происходит снижение служебного потенциала…». Отмечается также, что «…в общественных объединениях …прекращена как воспитательная и патриотическая работа, так и подготовка специалистов-кинологов по военно-учётным кинологическим специальностям, которая на протяжении многих лет фактически позволяла формировать кинологический потенциал специалистов для органов государственной власти».
Очень близкая оценка состояния служебного собаководства в России на сайте законодательных инициатив КПРФ (Взять под гос. контроль возрождение и развитие отечественного служебного собаководства, http://ni.kprf.ru/n/2625/):
«…Резюмируя, можно сказать, что во времена СССР служебное собаководство находилось на высоком, профессиональном уровне. Всё изменилось с распадом СССР. Новую, Российскую кинологию не обошла стороной та нестабильность, которая появилась в государстве в конце 80 и начале 90-х годов. ЦКСС ДОСААФ утратил своё монопольное право на племенную и выставочную деятельность. Быстро возникшие новые, общественные организации поставили во главу угла своей работы выставочно-племенную деятельность, ориентированную только на гражданского потребителя и в угоду мировому признанию красоты экстерьера, а не на нужды государства. Соответственно, масштаб этого "бизнеса" вырос и приносит немалые прибыли контролирующим эти общественные организации. Служебное собаководство, как прикладная отрасль, начало приходить в забвение. Сформировавшая в современной России структура гражданского собаководства поставила служебное собаководство вне рамок своей работы. Дело доходит до смешного, когда аттестованные собаки сотрудников силовых ведомств, подготовленные по определённым направлениям службы, работающие и успешно выполняющие служебные задачи, не имеют права получить допуск в разведение. Это обосновывается тем, что служебные дипломы о квалификации не признаются гражданскими, кинологическими организациями. Наличие профессиональной квалификации сотрудника-кинолога силовых ведомств, так же оказывается «пустым звуком» для гражданских кинологических организаций и человека вынуждают пройти дополнительные курсы на гражданке. В племенной деятельности дела обстоят ещё хуже. Вся племенная деятельность ведётся по международным стандартам, которые вообще не рассматривают сохранение у собак рабочих качеств, необходимых им для выполнения служебных задач. Стандарты пород собак перекраиваются таким образом, чтобы было удобно получить очередной титул на шоу-выставке, а не отобрать в разведение наиболее ценное с точки зрения своего рабочего потенциала животное. Служебные породы стремительно деградируют.
…Деградирует не только племенная деятельность, но и дрессировочная. Отечественные нормативы подготовки, которые были направлены на выживание и защиту охраняемого ареала, переделывают на европейский лад. Ряд важных и нужных нормативов, таких как РС (розыскная служба), КД (комплексная дрессировка), просто прекратили своё существование. Идёт массированное внедрение международных стандартов подготовки, которые никаким образом не имеют отношение к служебному собаководству.
Вот ответ Национального клуба породы ВЕО по поводу изменения стандартов подготовки в отечественных нормативах: «Что касается проблем с дрессировкой, то вам следует знать, что FCI (Международная Кинологическая Федерация) официально заявила, что в её системе нельзя демонстрировать агрессию у собаки. Все «защитные» службы – это СПОРТ! Поэтому и в РКФ (Российская кинологическая федерация) вся дрессировка, в том числе и Защитно-Караульная Служба – это спортивная дрессировка, которая никак не способствует выживанию и охране в реальной жизненной ситуации. Полностью развалена и система допризывной подготовки по кинологическим ВУС (Военно-учётная специальность)… Нет, конечно же, полностью уничтожить служебное собаководство не удалось. Оно существует, но только фрагментарно, в виде отдельных служб в ведомствах, но нет единой, государственной системы служебного собаководства, а она крайне необходима для нашей с вами безопасности!».
Нет ни одного квалифицированного специалиста по служебному собаководству, который не согласился бы с такими оценками.
Подведём итоги. Все современные проблемы отечественного собаководства, в частности служебного направления, связаны с тем, что советская система собаководства почему-то исчезла, а новая национальная система не появилась. В настоящий момент в России не существует собственной политики развития этой отрасли, и до 90 % кинологической деятельности в России контролируется господами из Брюсселя, из штаб-квартиры ФЦИ, которая располагается не так далеко от штаб-квартиры НАТО.
Чтобы понять, как мы дошли до жизни такой, надо вернуться на 30 лет назад. Не понимая причины проблемы, невозможно её решить.

В СССР существовала достаточно эффективная система служебного собаководства, курируемая ДОСААФ СССР. Она не была идеальной, имела свои недостатки, тем не менее, она обеспечивала развитие служебного собаководства в соответствие нашим национальным интересам: разведение служебных пород собак с приоритетом рабочих качеств, массовая дрессировка собак служебных пород, доступность обучения методикам дрессировки всех владельцев собак, развитый спорт с собаками, патриотическое воспитание молодых собаководов-допризывников. Что же произошло?
Я сейчас могу утверждать, что наше служебное собаководство было разгромлено сознательно, благодаря либеральным реформам, руками представителей пятой колонны.
Только сейчас, в результате внимательного изучения полученных по запросу официальных документов, осмысления открывшихся обстоятельств, стали понятны все детали проведённой западными спецслужбами операции по разрушению этой хорошо функционирующей отрасли народного хозяйства, в которой наша страна была на лидирующих позициях.
Стал понятен использованный механизм разрушения советского служебного собаководства – перевод его под зарубежное управление и сворачивание отлаженной отечественной системы. Всё происходило по одному плану с развалом Советского Союза. Сначала – информационная обработка, распространения мифов об отсталости отечественной системы и необходимости перехода на «общечеловеческие ценности». Потом появляется группа «реформаторов». Затем правительство начинает «улучшать», беря курс на зарубежные стандарты, в результате этих «улучшений» всё окончательно разваливается. Мы начинаем проигрывать даже тем, кого никогда и за соперников не воспринимали.
Во время перестройки в советских кинологических журналах, в обычных газетах словно по мановению дирижёрской палочки одновременно стали публиковаться статьи о том, что в СССР собаководство долгие годы было изолировано от мирового и поэтому отстаёт. Железный занавес в собаководстве необходимо разрушить так же, как и в других сферах.
Начались разговоры, что СССР должен обязательно вступить в ФЦИ. Это нужно для вхождения в мировую кинологию. Перестройка, демократизация, гласность, а теперь - переход на мировые общепринятые правила собаководства. Переход на международные стандарты собак. Само собой подразумевалось, что это увеличит доходность нашего собаководства, потому что увеличит продажи наших собак за рубеж. А цены в валюте за рубежом на собак для наших собаководов тогда были просто баснословными.
Сейчас мы можем сравнить доводы вступления в ФЦИ тогдашних либералов от кинологии с доводами подписания Украиной договора ассоциации с ЕС. Безвизовый режим и кружевные трусики. Это был такой же обман. Никто нас в ФЦИ тогда не ждал. Появление большого количества недорогих собак советского разведения на мировом кинологическом рынке (заметим – прекрасного качества) могло бы просто обрушить цены. ФЦИ никак не могла этого допустить. Вступление в ФЦИ было только морковкой, которой нас заманивали в ловушку.
Вот, что написал в статье «РКФ. История и предыстория» (журнал «Мой друг собака» № 9, 2011) прораб кинологической перестройки Евгений Ерусалимский:
«В 1989 году энтузиасты из служебного, охотничьего и любительского собаководств подняли на ВКС вопрос о необходимости вступления в FCI. Членство в FCI позволило бы легализовать в мире родословные на собак отечественного разведения, открыло бы возможность их участия в международных выставках, предоставило бы право на получение титулов международных чемпионов и сделало бы правомочным судейство российских экспертов за рубежом. ВКС поддержал эту инициативу.
Однако для вступления в FCI недоставало наличия признанной государством единой национальной кинологической организации, которая имела бы общую базу данных и централизованно выпускала родословные. Кроме того, деятельность такой организации должна была соответствовать Уставу FCI, положениям о племенной и выставочной работе и о судьях.
Всесоюзная федерация любительского собаководства (ВФЛС) была создана 15 апреля 1990 года на Учредительной конференции, собравшей представителей любительских обществ из всех советских республик. Был принят Устав, избран президиум, а также принято решение об участии ВФЛС в создании Всесоюзной кинологической федерации (ВКФ), которая и была образована 25 мая 1990 года».
А вот, что пишет А.Михайлов, один из нынешних руководителей РКФ («РКФ-РФОС. История и причины создания», http://rfos-oficial.narod.ru/6j2.htm):
«К концу  80-х годов прошлого века СССР, как кинологическая держава оказалась изолированной от мирового сообщества собаководов, которое объединилось в рамках Международной кинологической федерации (FCI), созданной в 1911 году.
Эта изоляция означала непризнание советских родословных, советских экспертов, результатов советских выставок, испытаний и состязаний. В этой связи наши собаки не могли участвовать в выставках  и состязаниях, а экспорт собак отечественного разведения мог осуществляться на грабительских условиях, т.к. происхождение собак определялось в ФЦИ, как  неизвестное. В таких условиях  невозможен был равноправный обмен племенным поголовьем, необходимый для совершенствования генофонда.
Кроме того, советские эксперты не имели права судить на выставках в системе FCI.
Таким образом, актуальной была задача обеспечения международных прав отечественных собаководов, поднятия престижа страны в области собаководства, которое по существу своих достижений к этому времени находилось на большой высоте.
Для вступления СССР в FCI  необходимо был, чтобы в стране существовала всесоюзная кинологическая организация, объединяющая все породы собак. К тому же по Уставу FCI в ее члены могла быть принята только одна организация от страны. Такой организации в СССР не было, так как на протяжении всего советского периода отечественное собаководство развивалось по трем самостоятельным направлениям: охотничьему, служебному и любительскому.
Для образования такой организации в мае 1990 г. была проведена Учредительная Конференция по объединению Всесоюзного кинологического совета по охотничьему собаководству, Всесоюзной федерации служебного собаководства и Всесоюзной федерации любительского собаководства в рамках Всесоюзной кинологической федерации (ВКФ). Устав ВКФ был зарегистрирован в Минюсте СССР в начале 1991 г.
В июне 1990 г. от имени ВКФ было подано заявление о вступлении в FCI».
Обращаю внимание коллег на несколько очень важных моментов.
В качестве обоснования необходимости вступления СССР в ФЦИ приводятся доводы, основанные на откровенной лжи, лжи наглой и бесстыдной, рассчитанной на совершенно не владеющих информацией людей. Впрочем, для наших либералов это – обычная практика.
Как это наши собаки не могли участвовать на международных выставках к концу 80 гг. прошлого века, как это утверждают эти господа?
Возьмём сборник «Твой друг», издания 1973 г., вышедший огромным тиражом. В статье А.П.Мазовера «Всемирная выставка» описывается триумфальное выступление советской делегации на Всемирной выставке ФЦИ в Будапеште в 1971 г. Наши собаки с советскими родословными не только участвовали, но и завоевали самые престижные титулы.
Я сам посещал выставки ФЦИ в 1989 г. – международную в Познани, в 1990 г. – Всемирную в Брно, в 1991 г. – Всемирную в Дортмунде, у меня есть каталоги этих выставок, в которых были записаны участники из СССР, с советскими номерами родословных. Кавказская овчарка Осман-2 (заводчик – питомник «Красная звезда») при мне стал победителем Всемирной выставки в Дортмунде.
Собаки с советскими родословными не только участвовали на выставках ФЦИ, но и широко использовались в племенном разведении за рубежом. Я сам лично менял у польских и чешских собаководов щенков кавказской овчарки и чёрного терьера на щенков немецкой овчарки. И этот кинологический бартер во время перестройки был очень распространён, потому что у советских людей в то время валюты не было на закупку племенного материала за рубежом. Щенков с советскими родословными приобретали не в качестве домашних любимцев, а как племенных животных.
Дискриминация нашей кинологии началось потом, когда либералы от собаководства взяли курс на вхождение в ФЦИ, уже после создания ВКФ и РКФ.
Теперь о «единой национальной кинологической организации, которая имела бы общую базу данных и централизованно выпускала родословные», как об этом пишет в своих воспоминаниях Ерусалимский. 25 лет назад он говорил совсем другое. Е.Л.Ерусалимский ратовал тогда за единую форму родословных, единый бланк, на котором кинологические организации будут самостоятельно печатать свои родословные. Из выступления Е.Л.Ерусалимского на учредительной конференции РКФ (протокол Учредительной Конференции по созданию Российской Кинологической Федерации (РКФ) от 12.09.1991):
«Итогом состоявшихся встреч в Дортмунде и Хельсинки было предложение со стороны ФЦИ построить структуру ВКФ таким образом, чтобы каждая республика имели свои единые родословные книги по каждой породе собак, которые станут составной частью Всесоюзных единых родословных книг. Предложено также, чтобы в пределах СССР существовала единая форма родословной».
Обращаю внимание: речь идёт именно о едином бланке родословных, а не едином центре выдачи родословных. Да и это и понятно: без компьютерной базы данных осуществлять в едином центре обработку зоотехнической документации всей страны на десятки тысяч собак в год просто нереально. Даже в областных и городских клубах служебного собаководства ДОСААФ СССР не всегда успевали распечатывать родословные. Пишущая машинка – не принтер!
Ерусалимский никогда не скрывал, что единственной заявленной целью создания ВКФ, а затем РКФ было вступление нашей страны в ФЦИ. При этом никто, даже не пытается утверждать, что вступление в ФЦИ должно было способствовать развитию в СССР охотничьего и служебного собаководства. Нет даже намёков на то, что после вступления в ФЦИ мы сможем улучшить качество советских собак и квалифицированность советских специалистов. Наоборот, из процитированного выше текста следует, что наши специалисты и собаки в то время были весьма высокого качества, а в ФЦИ их незаслуженно игнорировали, не давали правильную цену.
Чтобы преодолеть дискриминацию отечественных торговцев живым товаром (щенками и взрослыми собаками) и удовлетворить желание неназванных советских специалистов-кинологов делиться своими знаниями с зарубежными коллегами, а владельцев породистых собак получать зарубежные титулы, и появилась необходимость вступления в ФЦИ. По крайней мере, другого внятного обоснования ни Ерусалимскому, ни его сподвижникам до сих пор придумать не удалось. Цена этой великой цели (вступление в ФЦИ) – пустяковая: отказаться от собственных правил разведения и собственных стандартов пород. Другими словами – отказаться от собственной политики развития собаководства.
У людей не слишком компетентных в кинологии даже сейчас существуют представления, что в мире есть некое единое мировое кинологическое сообщество с некими едиными правилами разведения и едиными стандартами пород. Что можно или быть интегрированными в это мировое сообщество или находиться в изоляции. На самом деле это не соответствует действительности.
Существует крупнейшая международная кинологическая организация – ФЦИ, но есть и альтернативные (УЦИ, ИКЮ и др.). Крупнейшие кинологические страны такие как Великобритания, США и Канада не являются членами ФЦИ, имеют собственные правила и стандарты, но при этом не находятся ни в какой изоляции. Они развивают собаководство у себя в том направлении, которое соответствует их национальным интересам. И это не мешает ФЦИ признавать выданные в этих странах родословные и полученные там корочки кинологов и экспертов. Дело в том, что в этих странах государство имело возможность и желание поддерживать собственных граждан и отстаивать национальные интересы. Мы не будем рассматривать вопрос, какие правила разведения эффективнее, а какие стандарты правильнее. Важнее сам принцип в ведущих странах ведения самостоятельной политики в собаководстве.
Риторический вопрос: что было выгоднее для нашей страны: вступать в ФЦИ или подписывать договор о взаимопризнании, по аналогии договоров ФЦИ с США, Канадой и Великобританией?
В гайдаровской России взяли курс на уничтожение нашей собственной системы собаководства и подчинение его зарубежным организациям. 7 мая 1992 г. выходит Постановление Правительства РФ от N 290 «О мерах по совершенствованию собаководства в Российской Федерации». Совершенствование собаководства заключалось в её монополизации под руководством только что созданной РКФ, признании её головной организации и наделение рядом государственных полномочий. Отдельном пунктом в постановлении стояло вступлении РКФ в ФЦИ.
Правительство реформаторов-либералов решило улучшить в стране собаководство. Только реформирование этой отрасли пошло почему-то в странном направлении. Отмечу, тогда сегодняшних проблем в российском собаководстве не было.
Егор Гайдар, как известно, всегда был сторонником рынка. А рынок – это когда вместо монопольного государственного производителя потребности населения в товарах и услугах удовлетворяет множество частников. Возникает конкуренция, насыщение рынка товарами и услугами, в связи с этим - снижение цен, улучшение качества продукции. Всё, как учили в американских университетах. Только для усовершенствования собаководства главный реформатор решил действовать наоборот. Из множества существующих кинологических организаций (общественных объединений) выбрать одну, передать ей государственные полномочия, а все остальные переподчинить ей.
А как же конкурентная борьба? Как же идеалы либерализма? Как же пример Запада, на который мы должны ориентироваться? Ведь нигде на Западе государство не передаёт часть своих полномочий кинологическим организациям, не выстраивает НКО по ранжиру: вот – главная организация, а эти должны ей подчиняться.
Правительство Гайдара декларировало превращение России в цивилизованную капиталистическую страну. То есть целью всех реформ «мальчиков в розовых штанишках» было сделать у нас всё, как на Западе. Но вот получалось всегда почему-то совсем не так, как декларировалось. Совершенствование собаководства заключалось даже не в копировании западной системы кинологической деятельности (хотя наша советская система была гораздо совершеннее), а в уходе от неё, в создании монополии на собаководство внутри страны и одновременном отказе от суверенитета национальной кинологии.
Постановление правительства № 290, не соответствовало действующему законодательству, противоречило здравому смыслу, шло в разрез с провозглашёнными самим правительством реформами. А вот принято оно было в первоочередном порядке. Почему?
Сейчас уже известно, что все важнейшие постановления и законы в эпоху Ельцина готовились при участии американских советников и были направлены на уничтожение достижений советской страны. Поэтому правильнее это постановление было бы озаглавить «О мерах по переподчинению российского собаководства зарубежному регулированию и  уничтожению национального служебного собаководства». Вот тогда всё становится на место.
Нашими американскими партнёрами планировался дальнейший распад России. При этом должны были вспыхнуть окраины, расцвести терроризм, а население уменьшиться и деградировать. А дальше Россия из огромной державы превращается в ряд государств-карликов, сырьевых придатков, с вымирающим населением, находящихся под фактически внешнем управлении. Развал служебного собаководства должен был облегчить проведение необходимых для этого террористических актов и массовое распространение наркотиков, содействовать снижению обороноспособности страны, ослаблению силовых структур.
Именно поэтому правительство Гайдара пошло на принятие такого «абсурдного» постановления, которое привело к самым печальным для собаководства страны последствиям. На самом деле, это постановление было очень продуманным и во многом достигло своей настоящей цели. По своей вредоносности его можно сравнить с изданным А.Ф.Керенским Приказом № 1. Тот приказ разложил русскую армию, а это постановление окончательно разложило российское служебное собаководство, уже надломленное в перестройку.
За красивыми словами национал-предателей всегда скрывались паскудные цели. В 1917 г. они рассказывали о демократии, выборности, свободе, правах человека. В начале 1990 гг. – о совершенствовании собаководства, единой форме родословных, единой базе, единых правилах разведения, вхождении в мировое кинологическое сообщество.
Что получилось? Одна из лучших армий мира, до той поры показывающая массовые образцы героизма, превратилась в сборище митингующих люмпенов, убивающих собственных офицеров и отказывающихся от защиты Родины.
Лучшая в мире на тот момент система разведения и подготовки собак служебных пород, массового обучения специалистов-кинологов была полностью разгромлена.
Чтобы правильно понять, как это всё происходило, необходимо подробно остановиться на роли РКФ и ФЦИ в этом процессе. А они были определяющими.
Что же такое ФЦИ и почему именно под её управление подталкивало нас встать правительство Гайдара?
Наша советская система служебного собаководства имела коренное отличие от системы собаководства, существующей в ФЦИ: у нас декларировался при разведении приоритет рабочих качеств (даже экстерьер оценивался с этой точки зрения). В советских стандартах служебных пород собак содержалось требование выраженности активно-оборонительной реакции (желание противодействовать нападению человека). В ФЦИ приоритетом является успешность участия в выставках. И главное требование, предъявляемое к собакам – их миролюбие.
Мы все знаем, что существуют наши отечественные военные стандарты и стандарты НАТО. Они отличаются. И оружие у нас другое, и уставы у нас другие. Пока ещё никому не пришло в голову, что нам нужно отказаться от собственных военных стандартов и перейти на общемировые стандарты (стандарты стран НАТО), потому что они действуют в развитых «цивилизованных» странах. Причина простая – мы не можем отказаться от собственной политики в области обороноспособности и стать заложниками компетентности или некомпетентности военных бюрократов НАТО, становиться ведомыми.
А вот в области собаководства наше государство полностью отказалось от суверенной политики.
Что такое ФЦИ как явление? Это - глобальная сеть коммерческого собаководства, ведущую роль в которой играют транснациональные корпорации. Это – высокодоходный бизнес, связанный с продвижением продаж породистых собак и кинологической продукции, главным двигателем которого является проведение выставок собак.
В зарубежных СМИ то и дело вспыхивают скандалы, связанные с издержками выставочного разведения. В 2008 г. компания ВВС выпустила фильм про породистых собак, страдающих от различных заболеваний, вызванных творчеством разведенцев. В фильме показаны кавалер-кинг-чарльз-спаниели, у которых разведением выведен такой  маленький череп, в который уже не помещается их мозг; немецкие боксеры, страдающие эпилепсией; курносые собаки с проблемами дыхания; немецкие овчарки с деформированными задними конечностями и горбатыми спинами; бульдоги, которых нельзя узнать, если сравнить со старыми фотографиями породы, которые настолько изменены, что не могут вязаться и рожать щенков без помощи человека и др.
Проблемам выставочного разведения посвящена целая глава книги «Человек находит друга» австрийского учёного, Нобелевского лауреата Конрада Лоренца, которая вышла ещё в 1954 г. Позволю себе несколько цитат.
«В прошлом, когда собаки больше использовались для дела, а не для забавы, при выборе производителя вряд ли пренебрегали его психическими способностями.
…Но проблема становится очень серьёзной, когда мода, эта глупейшая из глупейших особ женского пола, начинает диктовать бедной собаке, какой должна быть её внешность; и из всех вошедших в моду пород не найдётся ни единой, чьи первоначально прекрасные психические способности не были бы в результате погублены. Только там, где эту породу продолжали культивировать ради дела, без реверансов в сторону моды, она сохраняла свои первозданные достоинства.
… Когда практическая польза перестаёт быть целью «модернизации» какой-нибудь породы, её можно считать обречённой. Даже щепетильно честные владельцы питомников, которые скорее умрут, чем используют собаку, не отвечающую всем необходимым требованиям, считают вполне этичным получать потомство от физически красивых, но умственно отсталых собак, а затем и продавать этих щенят.
…Как я уже упомянул, при отборе физических и психических черт возможны определённые компромиссы – это подтверждается тем фактором, что различные чистые породы собак долгое время сохраняли лучшие черты характера, пока не стали жертвой моды. И все-таки собачьи выставки опасны уже сами по себе, так как сравнение чистопородных собак по экстерьеру неминуемо приводит к культивированию и гиперболизации тех черт, которые, собственно, и определяют каждую данную породу».
Сейчас мы можем подтвердить наблюдение Лоренца: выставочное разведение приводит к потере рабочих качеств и доведения до абсурда характерных черт породы – сверхтипизации. Анатомия собак перестаёт быть функциональной.
Но есть ещё одна серьёзная проблема, тесно связанная с выставочным разведением – обеднение генофонда. Дело в том, что при коммерческом разведении заводчик при подборе пар руководствуется, как правило, соображениями цены полученных щенков и спроса на них. Всем понятно, что легче и дороже можно продать щенков от титулованных отцов. Возникает перекос: кобели-чемпионы дают несколько сотен потомков (бывает и больше тысячи),  а просто хорошие собаки, но без титулов, очень часто не оставляют потомства совсем. Из всех потомков выставочных чемпионов в разведении используется всего несколько сыновей, каждый из которых тоже бывает очень плодовит. Через несколько поколений любители породы обнаруживают, что предками их собак являются одни и те же производители. Волей-неволей приходится делать близкородственное скрещивание (инбридинг). Потомков этих собак вновь приходится инбридировать. Этот процесс называется потерей предков. Кровная база сужается. В популяции развивается инбредная депрессия. Лечится инбредная депрессия просто - прилитием свежей крови (скрещивание с неродственными животными). Но в собаководстве, которое работает по циркулярам ФЦИ, всё разведение – чистокровное, прилитие других пород (как это практикуется в коневодстве) запрещено. Поэтому никакого выхода в собаководстве, управляемом ФЦИ, нет. В каждой породе постепенно увеличивается концентрация неблагоприятных генов. Чем порода малочисленнее, тем её вырождение идёт быстрее. Но проблемы со здоровьем и пониженной жизнеспособностью накапливаются во всех без исключения породах.
Вот к такой «передовой» системе собаководства нашу страну заставили присоединиться, разрушив при этом нашу собственную систему собаководства. Выставочное разведение – красивый фантик, внутри которого находится гниль. Это – стеклянные бусы для дикарей, меняемые на золотые самородки.
Ориентир на членство в ФЦИ являлся тем механизмом, с помощью которого западные спецслужбы запустили процесс ликвидации служебного собаководства в СССР, а затем в России.
Отдельно следует рассказать о проводимой ФЦИ политике своей экспансии в мире.
Политика ФЦИ направлена на монополизацию собаководства во всём мире и установление тотального контроля в этой области. Она очень агрессивная.
В каждой стране ФЦИ выбирает для себя достаточно крупную национальную организацию с удобным для ФЦИ руководством. С этого момента альтернативные кинологические организации в этой стране начинают прессоваться, а ставшая членом ФЦИ организация начинает в своей стране доминировать.
Схема несложная. Одновременно с ФЦИ в страну проникают кормовые фирмы-гиганты. Эти фирмы спонсируют проводимые под эгидой ФЦИ выставки. Через СМИ пропагандируется сама ФЦИ. Исподволь населению внушается мысль, что ФЦИ – это единственная признанная во всем мире кинологическая организация, она объединяет всё кинологическое сообщество, и серьёзное занятие собаководством вне ФЦИ просто невозможно.
Собаки этой страны, не имеющие на своих родословных эмблемы ФЦИ, не допускаются на проводимые выставки под эгидой ФЦИ, на соревнования. Судьям ФЦИ запрещается судить на мероприятиях альтернативных организаций. И не просто судить – принимать участие в любом качестве. Одним словом, все собаководы, клубы, не перебежавшие к новому члену ФЦИ, в собаководстве своей страны становятся изгоями. Их квалифицированность, заслуги перед национальной кинологией не имеют значения. Если потенциальный покупатель собаки хочет приобрести самое лучше породистое животное, он может это сделать только в клубе, являющимся членом ФЦИ. Такая модель, по крайней мере, выстраивается в представлении обывателей. С документами ФЦИ его пустят на любые выставки (в том числе – альтернативных ФЦИ организаций). С  документами любых других национальных кинологических организаций участие на мероприятиях ФЦИ невозможно.
Полное уничтожение альтернативных ФЦИ организаций сдерживает только то, что не все любители собак желают ходить на выставки. И не во всех странах позволяют адептам ФЦИ вести агрессивную информационную войну. Любопытно, что во многих крупнейших странах ЕС параллельно организации, входящей в ФЦИ, существуют (и успешно) клубы, занимающиеся развитием служебного собаководства, поддерживаемые государством. Их деятельность только не очень афишируется.
В кинологии ФЦИ выступает в роли хана Золотой Орды, выдававшего русским князьям ярлык на княжение. Обладание таким «ярлыком» (членство в ФЦИ) обеспечивает руководителям национальной кинологической организации главенствующее положение в своей стране, они получают связанные с этим огромную дополнительную прибыль и власть. Получив фактическую монополию на оформление «признаваемой» зоотехнической документации в своей стране, они имеют возможность самостоятельно назначать цену на эти услуги. Цена уже определяется не рынком, а жадностью руководителей признаваемой ФЦИ организации.
Но одновременно руководители принятой в ФЦИ организации становятся лично зависимыми от зарубежных хозяев. Все правила, положения и циркуляры ФЦИ, личные «просьбы» руководства ФЦИ обязательны к безоговорочному исполнению, даже если они не соответствуют национальным интересам страны. Руководители национальной кинологической организации выполнят любые приказы Брюсселя, в противном случае их организация может потерять свой статус члена ФЦИ (этот статус может получить конкурентная организация), что сделает невозможным доминирование внутри страны, а лично они потеряют все материальные выгоды своего положения. Прощай сверхприбыли от печатания бумажек, прощай поездки за общественный счёт по всем странам мира.
Фактически член ФЦИ является в собственной стране иностранным агентом: он защищает интересы зарубежных хозяев, а платой за это является получение сверхприбылей благодаря своему статусу члена ФЦИ.
Таким образом, ФЦИ через своих членов выстраивает в странах желательную для своих спонсоров (и фактических хозяев) систему кинологической деятельности.
Войдя в страну один раз, ФЦИ уже не выпускает её из своих объятий, как вцепившийся в добычу спрут. В ФЦИ качается из страны кроме ежегодных членских взносов плата за регистрацию названий питомников, за оформление экспортных родословных. ФЦИ быстро переориентирует кинологию этой страны на развитие только декоративного направления в собаководстве, на примитивизацию зоотехнической работы. Вступив в ФЦИ, выйти из неё уже невозможно – не позволят свои же собаководы, вкусившие ядовитый плод наживы.
На принятие решений руководства ФЦИ оказывают влияния её спонсоры – международные корпорации производителей корма для собак. Что из себя представляют эти компании? Мощнейшие бизнес-структуры с многомиллиардным оборотом средств. Во всех странах мира они захватили солидный сектор рынка. Как вы думаете, может остаться в стороне от такого лакомого куска американский капитал? Верно. Он эти фирмы в основном и контролирует. А крупный американский капитал тесно связан с Госдепом США и ЦРУ.
В настоящий момент в России главными нормативными документами по разведению собак являются циркуляры ФЦИ и аналогичных ей международных организаций.
Рассмотрим племенное положение РКФ, которая является членом ФЦИ от России. Есть требования ФЦИ к животным, претендующим на племенное разведение. Такие требования минимальны: наличие признаваемой ФЦИ родословной и оценки на выставке не ниже «очень хорошо» (максимальная оценка – «отлично»).
У каждой национальной кинологической организации ФЦИ могут быть ещё свои дополнительные требования. Есть такие дополнительные ограничения и в «системе РКФ». В основном они касаются возраста животных, количества полученных от них помётов. Кроме того, для пород, имеющий на выставках ФЦИ на рингах «рабочий класс», необходимо сдать тест РКФ и/или раздел «Послушание» по любому признаваемому РКФ курсу дрессировки.
Как же в «системе РКФ» происходит «улучшение» рабочих качеств у служебных пород собак? Критерием (и единственным) обладания рабочих качеств является сданный тест РКФ или раздел послушания. Что же это за тест? Цитирую Положение о проведении тестирования поведения собак для допуска в племенное разведение РКФ:
«Осмотр
Эксперт сверяет номер клейма на собаке с номером клейма, указанным в родословной. Затем проводится осмотр собаки. Обязательным требованием является проверка прикуса и зубной формулы, а также наличия семенников у кобелей. Мануальный осмотр проводит эксперт по породе.
Проверка социальной адаптированности
Владелец с собакой на свободном (провисшем) поводке длиной 1-1,5 метра проходит через группу людей (не менее 5 человек). Поведение людей должно быть естественным, без агрессии и страха. Они должны двигаться в разных направлениях, могут жестикулировать, громко разговаривать, смеяться, наклоняться, приседать. При этом они не обращают внимания на тестируемую собаку и не делают попыток её испугать. Владельцу разрешается общаться с собакой и корректировать её поведение. Количество проходов через группу людей должно быть достаточным для того, чтобы оценить характер поведения собаки (минимально 3 раза). Затем эксперт подходит к владельцу собаки, пожимает ему руку, разговаривает с ним некоторое время».
В конце теста – проверка на выстрел. Это – всё. Весь тест. Если собака этот тест прошла, она признаётся пригодной для племенного разведения. РКФ считает, что всеми необходимыми рабочими качествами она обладает.
Раздел «Послушания» из караульной службы ещё примитивнее (вместо теста можно сдать его):
«По указанию судьи, дрессировщик с собакой на поводке подходит к судье, останавливается и показывает зубную систему собаки (допускается фиксирующая команда «Сидеть» перед началом показа зубной системы).
Затем надевает собаке намордник и начинает свободное движение на расстояние 5-10 м с собакой на провисшем поводке. По указанию судьи дрессировщик останавливается, собака принимает положение «сидеть» у левой ноги дрессировщика (допускается подача команды «Сидеть»), дрессировщик снимает с собаки намордник».
Даже неопытному человеку понятно, что ни о каких рабочих качествах здесь речи не идёт. Элементарная воспитанность собаки, живущей в городских условиях.
А ведь сейчас в «системе РКФ» только эти требования и предъявляются к собакам некогда служебных пород!  Стоит ли удивляться, что в России, где сейчас «система РКФ» доминирует, служебные породы собак вырождаются с огромной скоростью? Собаки становятся всё «красивее» и «выставочнее», всё гламурнее и … всё менее пригодными к несению службы. Качества, по которым отбор не ведётся, постепенно исчезают.
Особые требования – к породе немецкая овчарка, здесь необходимы дипломы по дрессировке и исследования под рентгеном суставов. Но это показная борьба за рабочие качества немецкой овчарки является фикцией. Смешно бороться с дисплазией и одновременно культивировать такую анатомию немецкой овчарки, которая этой дисплазии способствует!
Тестовые виды дрессировки с каждым годом упрощаются, их проверка становится всё более «мягкой», не говоря уже о том, что все эти требования легко обходятся.
Я могу спросить любого профессионального кинолога: является наличие дипломов по дрессировке (ОКД и ЗКС) и снимка на дисплазию гарантией наличия хотя бы основных рабочих качеств? Можно ли рассчитывать, что такая собака сможет искать в реальных условиях взрывчатые вещества и наркотики, ходить по следу, задерживать нарушителя? Вопрос риторический. А если реальные рабочие качества при разведении немецких овчарок разведенцев не интересуют, то не стоит удивляться тому, что шоу-представители этой породы демонстрируют на выставочных проверках. И это когда-то основная служебная порода!
На самом деле, ситуация в ФЦИ с рабочими качествами ещё хуже. Во многих странах национальные кинологические организации работают по минимальным требованиям ФЦИ (родословная + оценка на выставке). В разведение могут идти даже собаки трусливые, боящиеся резких звуков (выстрела). Ведь титулы на выставках ФЦИ никак не зависят от психики собак. Забракованная в Германии из-за трусости собака продаётся за огромные деньги куда-нибудь в Австралию, Южную Корею, Тайвань или Китай, в страны Европы, где нет обязательной дрессировки. Там эта собака становится выдающимся национальным производителем, её потомков закупают в другие страны ФЦИ, появляются они и у нас. И такие потомки выбракованных по психике собак имеют возможность использоваться в племенном разведении РКФ – родословные-то у них признаваемые!
Если мы вернёмся к перечисленным в начале доклада проблемам российского собаководства, то мы легко можем убедиться, что все они не являются случайными, не имеют ничего общего с болезнями роста, что они были запланированы изначально реформами наших либералов. Это – системный кризис отрасли. По-другому просто и быть не могло. Наоборот, то, что до сих пор ещё остаются энтузиасты служебного собаководства, сторонники пользовательного разведения собак, можно считать чудом. Нас не удалось полностью переформатировать.
Выход из сложившейся в нашей стране ситуации с собаководством один: наше государство для решения всех существующих в этой отрасли проблем должно начать проводить собственную суверенную политику в области пользовательного собаководства. Необходимо создавать эффективную национальную систему собаководства и кинологической деятельности, как это было до реформ либералов.
По моему мнению, одним из первых шагов на пути к этому должно быть признание ФЦИ нежелательной организацией, потому что проводимая ей политика разделяет отечественное собаководство на враждующие лагеря, запрещая взаимодействовать нашим собаководам и кинологическим организациям, её деятельность наносит ущерб нашему служебному собаководству (не говоря об охотничьем), а, следовательно - обороноспособности нашей страны.
У нас нет выбора – развивать или не развивать в России эффективную национальную систему кинологической деятельности и собаководства. Это – вопрос возрождения сильного государства, вопрос обеспечения обороноспособности страны.



Назад к содержимому | Назад к главному меню